Trump

И теперь уже официально.

Параллель с российской ситуацией удивидельна. Для меня лучшие годы в России были 90е, Ельцинская оттепель, полная прогресса и надежды. Потом ненавистный совок начал наступать опять со всех сторон, и сверху и снизу. В штатах лучшее время для меня были Обамовские 8 лет, тоже время некоторого заметного прогресса. И опять, точно так же, ненависть к этому прогрессу начала изливаться в социальных сетях, как индикация, что население опять к нему не готово и хочет обратно в комфортный для него мир средневековья.

Республиканская партия сначала выдвинула каких-то совсем реакционных кандидатов, но праймариз выиграл максимальный популист. "Make America Great Again" - это то же самое движение назад, как и нынешний российский "СССР 2.0", как и Горбачевский "обновленный социализм" 90-х. Ключевое слово в лозунге "again", означающее, по мнению авторов, что штаты когда-то были более great чем сейчас. В какие времена предлагают вернуться, неясно, во времена рабовладения, полагаю.

Демократическая партия тоже виновата в приходе Трампа. Агрессивные дебаты с Сандерсом, когда Клинтон обвиняли в коррупции и прочих разных грехах явно откусили часть ее голосов. Сандерсу это не помогло, но уже тогда было понятно, что есть проблема с ее избранием. Единственно, я надеялся, что у населения хватит здравого смысла не голосовать за Трампа и выбрать Клинтон, как меньшее из зол. Не хватило. Население оказалось в массе такое же безответственное и жаждущее разрушения, как везде. И российская диаспора особенно, что впрочем не удивительно. Отношение Трампа к гендерным ролям, меньшинствам, науке и экологии точно такое же, как и у большинства россиян.

Короче, грустно, шок. Ожидаю очень неприятных политических и экономических сюрпризов в ближайшее время. Он обещал сломать государство, он его сломает. Ломать не строить, мозгов не надо, декларируемых яиц достаточно.

СССР

Давайте разберемся

Меня возмущают те, кто возмущается.
Меня удивляют те, кто удивляется.
Ибо все претензии к нашей жизни отпадают, если с трудом понять и без труда сформулировать.

Наша жизнь солдатская.
И шутки солдатские.
И товары наши солдатские.
И утварь наша солдатская.
И разговоры наши солдатские.
И стадионы у нас солдатские.
И еда, и командиры.
И жалобы наши солдатские, и их обсуждения, и развлечения наши, и их обсуждения, и намеки наши солдатские, и ответный хохот.
И жены наши солдатки.
И лечение, и похороны после него.
И архитектура наша простая казарменная.
И заборы, и ворота среди них.
И покрашенная трава.
И побеленные колеса.

А начальство наше генералы.
И дома у них генеральские.
И шутки у них генеральские.
И шапки у них генеральские.
И жены, и дети у них генеральские.
И лечение, и похороны после него...

А мода у нас солдатская.
И манера у нас одна на всех.
И вкус у нас один.
И тоскуем мы по Родине, как и положено солдату.

M. Жванецкий

Длинно писать лень, а читателю будет лень читать, поэтому пишу коротко и конспективно. Пишу про период, который застал, от середины 60х до развала империи, по собственным впечатлениям.

Начну с природной аналогии. Естественный здоровый лес сложен. В нем есть и деревья разного размера и возраста, и сложный мир подлеска, и папортники, и мхи. Есть птицы и звери, обитающие в разных экологических нишах. А искусственная лесопосадка проста - ельник с тесно растущими елками, под которыми опавшие иголки и ничего не растет. В таком лесу ничего и никого нет, ни подлеска, ни птиц, ни зверей. И лишь через многие десятилетия, когда он естественно проредится, появится и подлесок, и птицы...

Вот так же и естественное свободное общество - сложно. В нем много иерархий, отношений, стилей жизни, экономических ниш, стимулов существования.

Советский союз был очень неестественен в этом смысле. Монокультура, как картофельное поле. В нем были убраны почти все иерархии, кроме одной. Убраны все стили жизни, кроме одного. Ровные ряды одинаково одетых граждан, читающих те же книги, смотрящие те же фильмы по единственной программе телевидения. Для многих единственный стиль жизни - пойти на завод после школы и проработать на нем до пенсии.

А еще были убраны все социальные лифты. Точнее они были очень укорочены. На них можно было подняться с хрущевки до сталинки. Успех - переехать в большую квартиру поближе к центру. Или завести машину - супер успех, даже если в гараж надо ехать в другой конец города на троллейбусе.

Культура СССР тоже была минималистичной. В ней не возникали инновации, они обычно запрещались сразу, и допускались лишь потом, иногда, когда оказывались безопасны для системы и необходимы потому, что без них уже никак нельзя обойтись без ущерба для репутации. При этом сюжеты, искусство, технологии обычно заимствовались. Электроника и софт копировались все, вполне официально. Книги, музыка, фильмы были в большинстве довольно примитивными, как я сейчас понимаю, за исключением небольшого количества действительно талантливых вещей. Иногда вдруг сквозь заслон серости прорывалось что-то, что делалось вопреки, в стол, и выпускалось потом в краткие периоды оттепели. (И многое из этого талантливого очень культурно-зависимое и непонятное людям со стороны.)

Эта минимальность структурной сложности общества и культуры воспитала поколения людей, не переносящих сложности вообще. "Зато не надо думать", было одним из существенных доводов в выборе работы или стиля жизни. "Не е** мне мозг" - стандарный ответ не все мало-мальски нетривиальное.

А еще советская культура воспитала поколения, которые считали несправедливым естественное различие людей. Как-то нехорошо и потому опасно отличаться от соседей и друзей. Скрой свои отличия, способности, талант, желания, прикинься таким как все иначе задразнят, побьют, сглазят. Нехорошо желать большего или иного, говорила молва и пропаганда. Хотя на самом деле все желали чего-то большего, но из за недостатка фантазии и возможностей "большее" оказывалось всего лишь чуть более дорогой и чуть менее доступной одеждой или обувью.

И конечно уж, никаких нечеткостей гендерных ролей, все роли определены при рождении и любое отклонение от стандарта вызовет резкий протест всего общества и всей системы.

Вообще, такая структура общества сильно напоминает армию и это неспроста. Армейская структура общества вполне исторична для России. Армия занимала важное место и в культуре и в экономике. Все гражданское общество фактически было армией в запасе. А армия не может без врага, враг обязательно должен был быть. Моему поколению очень повезло, что в это время враг был внешний и потенциальный, а не внутренний и конкретный, как в сталинскую эпоху.

Как всегда, Жванецкий про все это уже писал. Я только могу добавить, что все это не свойство исключительно СССР. Если пойти назад в историю, почти все вышеперечисленное будет справедливо. Так российская империя была испокон веков устроена. И поэтому после развала СССР и краткого периода свободы все довольно быстро отыгрывается назад в то же самое минималистичное армейское состояние, на этот раз с религией. Вопрос - каким теперь будет враг, абстрактным или конкретным, внутренним или внешним?

О радугах

Еще в 2006, как показывает мой блог, я был тех же убеждений, что и большинство россиян, а именно "мне похеру ваша ориентация". И это на самом деле означает, как я потом понял, что "мне похеру ваши проблемы". Но сейчас мне это кажется неприличным, из серии тех мусорных ментальных патернов прошлого века, намеченных на выброс. Как-то нехорошо не порадоваться за людей, которые были назначены в люди второго сорта и любовь которых была объявлена непристойной. Так что если я и не участвую во всеобщей радугизации, то и ни в коей мере ее и не осуждаю. Любовь по-любому лучше ненависти.

Эволюция провинциала в эмиграции

Я как-то собирался написать кучу текста про эмиграцию, но писать лень и не вижу смысла, в принципе, поэтому пока пишу короткий вариант. Односторонний такой, зарисовочный.

0. В качестве предисловия. До эмиграции я жил в автозаводском районе Нижнего Новгорода, окончил радиофак университета, изучал физику, но в душе всегда был программистом-самоучкой и философом-самоучкой. Читал про компьютеры и разные языки задолго до того, как впервые потрогал клавиатуру. Политически был умеренно опозиционнен, студентом любил слушать BBC на коротких волнах, очень уважал мировоззренческую фантастику, Стругацких и, особенно, Лема, терпеть не мог комсомол за карьеризм и научный коммунизм за его антинаучность. Но это совершенно не влияние семьи, как это обычно бывает в семьях, исторические предки которых имеют опыт хождения по пустыням. Семья жила вне политики и философских размышлений совершенно, как, впрочем, и вообще весь автозаводский район, живший интересами от зарплаты и до получки. Какое-то время я с удовольствием работал в ИПФАН, потом в Инфорисе (был такой интернет-стартап), а в самом конце 90х искал новую работу, случайно нашел работу в Microsoft, поехал "поработать, а там посмотрим". Работаю до сих пор.

1. Год первый. Тоска. Ничего не понятно, и ничего несъедобно, все время попадаешь в дурацкие ситуации типа, где купить "турку для кофе" или "шоколадную пасту" для него же. Кто знает, тот поймет. Тоскую по привычному, по куску ржаного хлеба. "Старые песни о главном" на копмакт-диске вызывают слезы, которые мешают вести машину. На работе меня не понимают совершенно, отдыхаю написанием кода, компьютеры - везде одинаково послушны. Я сотрудников понимаю с трудом, особенно, мотивацию. С инженерной точки зрения проект - какой-то сплошной набор компьютерных абревиатур, задизайненный чтобы работать настолько медленно, насколько возможно. Поездка в отпуск в Россию, как отдохновение души. Рассказ таксиста по дороге из аэропорта, как он сидел, вышел и получил бабки из общака, воспринимается как признак человеческих отношений. Столовские щи на бывшей работе - раздник желудка, разговоры о технологиях - праздник рассудка. Российский Макдональдз, в котором ел несколько лет по причине несъедобности остального, как недостижимый идеал Макдональдза американского. Жутко хочу вернуться. Однако, привычная с детства квартира показалась вдруг тесной, душной и пыльной, как будто съежилась в несколько раз. Автобус невообоазимо медленный и набитый накутанными не по сезону людьми, в результате езжу по городу на такси, поскольку времени на автобус нет. По возвращению в штаты, заметил, насколько легче дышится, зелень, свежий воздух, чисто на улицах, а особенно дома - свободно и просторно. И вообще, свободно и просторно, во всех смыслах, делаю заметку подумать. Ночью, не спится от разницы во времени, можно спокойно погулять по городку и послушать музыку в наушниках. Я весь в сомнениях.

2. Год второй-пятый. Когда нашли неподалеку русские магазины с привычной едой и русские бизнесы, стало проще. Копченая колбаска, пельмени, и конфеты "мишки на дереве" сделанные в NY вкуснее чем в России. Оказывается, в штатах тоже пекут вкусный хлеб, он просто стоит семь баксов за буханку и продается в нескольких магазинах. И все остальное так же: надо знать что и где. Когда разбираешься в правилах, жизнь постепенно налаживается. Старые песни давно надоели. В машине слушаю Ивасей, они дают уверенность в себе, которая все еще необходима как воздух. Увлекся Фоменковской историей. Интереснее, чем читанная-перечитанная фантастика, хотя реконструкция столь же правдоподобна. На работе как-то хрен-знает-как. Пишу код, он работает хорошо, ну и ладно. А перфоманс-ревью и прочие местные понты идут лесом. Если кому-то нужно, чтобы код работал, значит как-нибудь обойдется. Дети ходят в местную школу. И как-то вдруг заговорили по-английски-американски без акцента, даже дочка, про которую думали, что она вообще не понимает. Русский дети тоже не забыли, говорят на нем дома, тоже без акцента. Власти вид на жительство не дают, не говоря уже о гражданстве, там таких желающих очередь до второго пришествия. Редкие поездки в Россию воспринимаются неоднозначно. В России моя старая работа совсем накрылась, все разбежались. Друзья вечно заняты, встретиться всегда какая-то проблема, все в делах и непонятной суете. Меняют квартиры, делают ремонт. Зачем они непрерывно делают ремонт? Мы купили дом, ничего не делали, просто живем. А еще в российских домах невыносимо жарко и душно (не говоря уж про автобусы). Отвык. Пробовал выбираться на природу в России, жуткое количество мусора, не могу на это смотреть. Короче, делать в России, как-то совсем нечего, хотя раньше жили и находили удовольствие. Возвращаюсь "домой", в штаты, и с удовольствием катаюсь на велосипеде, хайкаюсь по лесам.

3. Год пятый-десятый. Привыкли, в принципе. После Норд-Оста "Ивасей" слушаю редко, как-то не идет, ассоциации мешают. В машине, на которой езжу тоже редко, обычно включаю местный джаз или новости. Теперь, в основном, езжу на работу на скутере. Вечером иногда смотрю местные новости. Пытался подписываться на русский новостийный канал, немного смотрел, но как-то тоже не идет. Интонации русских новостей слегка раздражают, а интерпретации - особенно: самоуверенный провинциализм. Хотя критика русских и России вообще - пока еще сильно обижает. Комплекс неполноценности проявляется как патриотизм и антиглобализм. Ехать, правда, в Россию с визитами не очень хочется, парадокс. Хочется на море, на Гаваи. "Лом, это-ж Гаваи!" - вспоминаю постоянно. В какой-то момент раздражаюсь и отписываюсь от всех русских дискуссий, поскольку статусные игры и понты раздражают жутко, хотя раньше этого не замечал. Предпочитаю летать в Россию не через Москву, после выхода в международную зону аэропорта сразу спадает некоторое напряжение, что, кстати, стало понятно несколько позже, вероятно подсознание боится, что из России не выпустят. Очень люблю американскую природу, хайки и путешествия. Но что особенно нравится в штатах, что нет никаких самозванных вахтеров-начальников-домоуправов, которые придумывают новые правила на ходу. Если здесь что-то можно, значит можно, если нельзя, значит нельзя. Всевозможные бумажки, формы для заполнения, все имеют номер и загружаются с сайта. Исправлять написанное можно! Необычное ощущение, что все вопросы, в принципе, решаемы, без нравственных компромисов, ругани и дачи взяток.

4. Год десятый-пятнадцатый. Ничего нового, русскоязычного, интересного не нашел, как ни искал, ни в музыке, ни кино, ни из книг. Не-российское иногда нахожу... Мир большой! Фоменко надоел давно, в город Владимир, как центр мира не верю, не в этой реальности, это альтернативная фантастика, засранцы-попаданцы. В официальную версию древней истории не верю тоже, за что Фоменко, таки, респект. В качестве побочного и положительного результата не верю статьям в интернете, которые не предоставляют подтверждения или хотя бы отсылки на источник. Поэтому большинство русскоязычных новостийных текстов игнорирую полностью. В наушниках на велосипеде слушаю "Piano Guys" и музыку Joe Hisiashi, простую и приятную. По убеждениям вернулся к истокам, к умеренно-антисовковой оппоззиционности, как было привычно еще со старше-школьных времен и снова оказалось актуально. Люблю то, что тогда любил, не люблю то, что не любил. Нашел свое равновесие. Слова "Россия" и "русский" прилива крови к голове не вызывают, как не вызывают желания стать в строй и не вызывают желания ехать в Россию: ехать и некуда, и не к кому. Лучше уж вы к нам! Хотя оттуда никто не хочет и все заняты: странно. Я был не такой, мне хотелось хотя-бы посмотреть мир. Русские бизнесы начинают вызывать некоторые подозрения в качестве, а русские магазины во многом, хотя и не совсем, вытесняться другими национальными бизнесами. Сын любит китайское, дочь - индийское. Я люблю северо-американское: природу, местный климат, еду, и даже отношения людей, некоторую дистанцию в этих отношениях, в ней есть какое-то уважение, которого не было в России, где либо ты чужак, либо свой, в этом случае мы тобой володеем. Долгожданное гражданство наконец-то дает уверенность в завтрашнем дне. На работе все понты и карьеры продолжают идти лесом, что не повышает зарплату, но, и не понижает. Все бывшие знакомые молодые коллеги куда-то все разбежались по более модным и прибыльным местам, гуглам и фейсбукам. А я чувствую себя старым и не вижу смысла менять шило на мыло, проигрывая в отпуске, который ценю больше, чем зарплату. В американском политическом пространстве, я опять не поймешь кто, скорее демократ, но неприязнь к демагогии опять вызывает проблемы с идентификацией...

5. Год пятнадцатый. После красивой олимпиады, "наши в Крыму" и на Донбассе ломают все оставшиеся стереотипы. Весь оставшийся русский патриотизм рассыпался в прах. Отжим Крыма, фактическая война с Украиной, это что-то за гранью того, что я могу считать допустимым... И даже не только это, сколько опять наверх вылез весь этот советский идиотизм с воображаемыми врагами России, опять "темные силы нас злобно гнетут", опять эти пуберантные статусные игры про "нас не уважают", снова на экранах танки, снова война как единственный смысл жизни, который только и смогли найти... Не хочу больше этого ничего ни видеть, ни слышать. Хватит! Все! Идите все на хер. Понимаю задним числом, что всегда был в России чужаком, с детства, всегда пытался вырваться из этого круга, из этих зацикленных культурных паттернов, из этих бесконечных застолий, табуированного языка, анекдотов, комсомольцев-коммунистов-карьеристов и всех этих русско-народных культурных консервов в мир, который движется вперед и ищет куда двигаться, в мир, в котором есть прогресс, наука, технологии и познание. Есть такой мир на Земле? Должен же быть! В России я его искал и как-то не очень нашел. В штатах к этому несколько ближе, и, главное, мир открылся весь. Если не заленюсь по старости лет, буду искать дальше!

Post Scriptum. Была такая мечта, что Россия, может даже не вся, будет когда-нибудь частью Европы. Жалко, если этого никогда не случится. Все для меня ценое из российской культуры, - европейская культурная традиция. Неевропейскую культуру я не очень понимаю. Хотя и в настоящей Европе я не жил, и почти даже и не был, надо бы съездить как-нибудь, посмотреть своими глазами, сейчас уже можно, даже и визы не надо. И украинских корней у меня никаких нет, AFAIK, зато и нет никаких русских телевизионных каналов. Знакомые разделились на тех, кто российские каналы смотрит, и тех, кто нет. Первые, в основном, покинули список друзей. Читаю блоги и твиттеры останков российской оппозиции. Не понимаю, почему знакомые не уезжают в нормальные страны, хотя бы ради детей. Чем опять назад в совок, я бы, наверное, лучше застрелился. К чему это все? К расчистке гаража, которым занимался все эти годы. Лена мне давно говорила, что надо искать смысл в себе, а не в государстве, к которому хочется примкнуть и отдать жизнь ради его целей. Вот я и проникся. Смысл некий нашел, государство потерял. Ну и хрен с ним. Зачем нужна привязка себя к территории? Хочу быть гражданином земли, а еще бы лучше - галактики, вселенной, да не судьба, привязан к земле, к природе. Ну вот и политическая программа сформулировалась - за Землю, за глобализацию, за общечеловеческие ценности, за зеленых, за научный подход. А россияне, вы уж не обессудьте и привыкайте, вы только часть мира.

Улыбки у них не искренние...

И еще одна вещь, как говаривал инспектор Коломбо...

Взять, к примеру, Россию, хотя взять можно и другие страны, где, впрочем, я не бывал, потому возьму все-таки Россию. Довольно было агрессивное окружение, если, например, в трамвае или в магазине... Но, если, например, близкие друзья, или семья, или какой-нибудь близкий по духу круг, то "возьмемся за руки, друзья, чтоб не пропасть по-одиночке". Тогда, конечно, и улыбки открытые, и помощь от чистого сердца, и разговоры обо всем.

А вот, представьте, что если бы в трамвае тоже без хамства, улыбка, такая спокойная, привычная, повсюду. Вряд ли бы настолько открытая по отношению к незнакомцу, как к близкому человеку, но все-таки, улыбка. И так же и на работе, и в магазине, всегда. Была ли бы в этом случае улыбка ближнего круга все такой же, особенно близкой и искренней? 

Круги эти тесные возникают, как защита от агрессивного внешнего мира. Одному в джунглях плохо, защищаться лучше группой. Либо родственники, либо друзья, да хотя бы земляки. А если окружение не агрессивно, то и острой необходимости в таком тесном круге нет. Точнее круг, конечно, остается, друзья, приятели, но дистанция взаимно-комфортная несколько увеличивается в пользу большей личной свободы. Излишняя открытость становится неловкой, как и излишняя привязанность. И улыбка становится осторожной, чтобы не нарушить чужое личное пространство, что и принимается обычно за неискренность.

Вождь "Твердая Рука"

В фейсбуке много пишут про всякие бюсты Сталина в России и его поклонников, которые хотят "порядка и твердой руки". Я довольно хорошо знаю Россию, чтобы понять, что это неправда. Эти поклонники хотят не порядка, а крови. Я это видел еще в совке. Эти люди хотят расстрелов и посадок. Соседа взяли? Так этому жиду и надо. Учительницу забрали? И хрен с ней, заразой книжной. Возможность торжества над теми, до кого, как до неба, вызывает прилив энтузиазма. А меня не возьмут - я никто и звать меня никак! Вот я и окажусь победителем.

Не тот прав, кто наш, а тот наш, кто прав

Одна из линий раздела между людьми сейчас проходит между теми, кто оценивает дейстивия и поступки по шкале "прав - не прав" и теми, кто оценивает "наш - не наш". Споры между людьми из разных категорий - дело совершенно безнадежное.

"Он не прав" - говорит один, "Ты предатель, нападаешь на своего" - отвечает другой. "Он делает полезное дело, надо сотрудничать" - первый, "Продался, сотрудничаешь с ними" - второй. (Это был краткий пересказ всех споров про Макса Каца).

Я уже писал, "нашесть" - пережиток родо-племенного сознания. Следовать этому принципу просто, поэтому исторически такое было везде. Оценивать "прав - не прав" сложно, надо понимать, кто что делает, какие последствия. Проще делегировать "нашим" и не заморачиваться с анализом.

Когда я получил право голосовать в Штатах, оказалось, что это не просто. Различные инициативы, предложения по источникам финансирования всего и вся (например, автобусов), выборы судей и представителей, про все и всех надо читать, разбираться. Проще всего выбрать по принципу "демократ" - "республиканец", чтобы "наши" получили большинство, что многие и делают.

Почти все политические системы всячески поощряют "нашесть" в сознании. Бесусловная поддержка населением вне зависимости от действий - такая привлекательная для правящей элиты ситуация! Диктатуры обычно просто основаны на том, что все "не наши" - враги. Демократия основана больше на сознательной оценке "прав - не прав" case-by-case, но в качестве переходного этапа тоже используется партийная система, где каждый может себе выбрать "наших", и голосовать за них - это какой-никакой, но сознательный выбор.

Я считаю, что "нашесть" надо искоренять из своих личных мемо-паттернов, в принципе. Конечно, всегда кто-то симпатичен больше, кто-то меньше, поэтому появится некоторая ассоциация себя с определенной стороной. Но не потому, что деды и прадеды, что суп-да-каша, что язык да религия и всякие прочие символы. Символ не может сказать, кто прав, кто не прав, потому не может быть признаком для самоидентификации.

Если взять Россию-Украину, с сожалению, там сплошные "наши" со всех сторон и не становясь безусловно на определенную сторону сразу оказываешься "предателем". Отсюда и упреки Европе в недостаточной поддержке, и отсутствие безусловной поддержки Украины со стороны европейцев-американцев, для которых никто в конфликте не "наш" и они ожидают "правильных" действий или хотя бы отсутствия неправильных.

Короче, subject.

Им бы понедельники взять и отменить

Хотя мне и нравится текст Лео Каганова про демона Максвелла, но я всё же склонен считать, что это лишь одна сторона проблемы. То, как быстро регенерирует режим и идеи в совершенно новом поколении показывает, что многое определяется доминирующей культурой.

Маятник качнувшийся лишь чуть-чуть от тоталитаризма к либерализму, демократии и интеграции в западную культуру (и нам этого качания было слишком мало, мы ждали перехода к нормальному обществу, уговаривали себя, что не спеша, но постепенно движется в нужную сторону...) теперь народ-и-партия-едины загоняют пинками назад в еще больший тоталитаризм и изоляцию. Эмоциональный спектр при этом - ненависть к западной культуре и радость от возможности ее октрыто выражать.

Почему так? Потому, что традиционная западная культура основывается не только на уважении к правилам, но и на чем-то типа социального притворства, на демонстрируемой окружающим роли "я порядочный, честный, дружелюбный, хороший семьянин и успешный бизнесмен". Именно так, убеждая себя и окружающих в этой декларации, демонстрируя себе и им позитивный образ себя, и тем делая его реальным.

И все бы ничего, но понедельники в эту картинку никак не вписываются. "Как дела? Как всегда, хреново", тоже не вписываются. Это другая модель: "все хреново, нам не привыкать, буду грызть его зубами...". Делать усилие, постоянно выглядеть респектабельно и позитивно, вымучивать для ненавистного постороннего улыбку тяжело и надоело. Ну их нахер. У них улыбки не искренние. Будем всех ненавидеть, как раньше, а если будут возмущаться, отключим газ. Забросаем шапками и ракетами. Не надо нам их успехов, ничего вообще от них не надо, сделаем вид, что никого вообще вокруг нет, а то, что в магазине есть, появилось как-то само по себе.

P.S. Удивительный все же был фильм. Советская библия.

О национальных культурах

Наверное, имеет смысл это коротко записать, без предисловия и многословия. Я когда-то был сторонником многокультуризма, многополярного мира и всего такого. С тех пор я много думал, анализировал культурные патерны, инстинкты, на которых они основаны и все такое прочее.

Сейчас я считаю, что если убрать из культуры весь тот паразитный вирусняк, который крутится в головах, то в остатке окажутся общечеловеческие ценности, прикладные искусства и кулинария. Вот и все. Нет никакого мультикультуризма, не обнаружен. Что, в принципе, и хорошо. Вполне в русле неизбежной глобализации. Есть вирусняк, его надо чистить. Я свой чищу-чищу, и всем советую, хотя его там просто залежи, включая невычищаемое подсознание.